— Я не смогу пойти туда, шеф. Мне нужно в четыре часа быть на улице Монмартр, чтобы арестовать Лаже.

— Кого?

— Лаже. Не помните? Из «Французской торговли». Постановление подписано финансовым отделом прокуратуры.

— Отправляйся к Итальянской заставе, а я возьму на себя улицу Монмартр.

Мегрэ работал почти до четырех часов, потом, прихватив с собой двух полицейских инспекторов, вскочил в такси, прошел под аркой во двор и, увидев бесчисленные переплетения грязных лестниц, машинально спросил:

— Другого выхода здесь нет?

— Не думаю.

Впрочем, это не имело значения. Дело будничное — арест сомнительного мелкого дельца.

— На третий этаж, шеф. Направо.

Обычная работенка. Человек лет пятидесяти, Эрнест Дешарно по-прежнему сидел за своим столом, но сейчас он уже не наклеивал марки, а надписывал адреса на конвертах. Тут же сидели и ждали приема человек пять.

— Пришел ли Оскар Лаже? — спросил Мегрэ, не выпуская изо рта трубки.

— Нет еще. Должен быть с минуты на минуту. Вот эти господа тоже явились к нему.

Он бросил взгляд на «этих господ», по-видимому мелких кредиторов, которые томились уже часа два в надежде вырвать у Лаже хоть какие-нибудь гроши. Выбив золу из трубки на грязный пол, Мегрэ набил новую.

— Ну и сквозняк у вас, — проворчал он, поднимая воротник пальто.

Эрнест Дешарно наклонил голову набок, прислушался и сказал вполголоса:

— Кажется, это он идет…

— Как так? Разве он входит не через эту дверь?

— Он всегда пользуется черным ходом. Сейчас я доложу ему.

Он поднялся и не успел договорить, как со стороны кабинета Лаже раздался выстрел. Дешарно бросился было туда, но Мегрэ отстранил его и прошел первым.

Коридор поворачивал под углом. В глубине его виднелось открытое окно, то самое, из которого сильно дуло. Оно выходило в маленький дворик. Мегрэ, вечно зябнувший, притворил его на ходу. Он ожидал, что кабинет Лаже будет заперт изнутри, но дверь оказалась открытой. За столом сидел, откинувшись назад, коренастый толстяк. На правом виске его зияла рана, а на ковре под свисающей рукой валялся револьвер.